По рассказу Ильи Комова, сына скульптора Олега Константиновича Комова (1932-1994), «отдыхом для отца было рисование. В Дзинтари или Паланге[1] первым делом шел к директору и просил помещение либо угол в коридоре под мастерскую. И работал с утра до вечера. Так появилась знаменитая графика Олега Константиновича. У него никогда не было отдыха в обычном понимании этого слова".

- В 1975 году, - делится Илья Комов воспоминаниями на страницах газеты «Культура», когда родился мой брат, отец попал под машину и получил тяжелейшие травмы, долгое время лежал в гипсе до подмышек, ужасное страдание. Но только смог сидеть - сразу рисовать. В этот период созданы прекрасные графические портреты врачей, пациентов - совсем простых людей. Чувство юмора не оставляло даже в тяжелые моменты. В больнице он оказался с другом, классиком нонконформизма Борисом Жутовским, тоже пострадавшим в аварии, но уже ходившим на костылях. Пока папа был в гипсе, Жутовский фломастерами разрисовал его озорными картинками, словно египетский саркофаг. Жаль, если этот шедевр пропал, ему место в музее.

- Когда отец начал ходить на костылях и с палочкой, вернулся к скульптуре. Посетители мастерской сейчас смеются: зачем под потолком телефонные розетки? Отец, еще до конца не поправившийся, трудился над памятниками на лесах и не мог быстро спускаться вниз - отвечать на звонки. А радиотелефонов не существовало.

- Олег Комов, - говорит Илья, - рисовал с ранних лет. У моей тети хранятся детские работы отца, которые тот посылал деду Константину на фронт, в том числе в Сталинград. В школе любимым предметом была зоология: когда вижу его филигранные рисунки пером — скелеты рыб, необыкновенных бабочек, - вспоминаю наброски Леонардо. Рука зрелого мастера!

Источник: газета «Культура», 2017

[1] Имеются в виду дома творчества художников в Латвии и Литве (Прим. сайта ОМС).

- Мой путь к Пушкину был долог и непрост. Ведь ему посвящены такие замечательные произведения, как портреты Тропинина, Кипренского, Теребенева, памятники скульпторов Опекушина, Баха… И все же тема далеко не исчерпана. Пушкина мы воспринимаем не только как поэта — в его творчестве, жизни ощущаем эпоху, основные типические черты людей того времени. Чтобы глубже понять образ Пушкина, надо знать историю русской культуры, которую мы не мыслим без Андрея Рублева, Ломоносова, Державина…

Особенно интересовала меня первая половина прошлого века. Я увлекся воспоминаниями декабристов, читал работы Гессена о них[1], записки Пущина. Думал над проектом памятника в Сибири, сделал для Читинского музея бюст М. Лунина. Через декабристов открыл для себя Пушкина. Искал подход к образу поэта. Этот поиск я не считаю завершенным. Уже свыше тридцати лет работаю в скульптуре и продолжаю искать.

''Декабрист Михаил Лунин'', 1975. Бронза, 60х50х35 см.Забайкальский краевой художественный музей, Чита''Декабрист Михаил Лунин'', 1975. Бронза, 60х50х35 см.
Забайкальский краевой художественный музей, Чита

Михаил Лунин. Рисунок А.С. Пушкина на черновиках первой песни поэмы ''Полтава'', 1828Михаил Лунин. Рисунок А.С. Пушкина на черновиках первой песни поэмы ''Полтава'', 1828

Часто встречаюсь с пушкинистами. В свое время, работая над портретом Ираклия Андроникова, подружился с этим удивительным человеком[2]. Сколько значительного и интересного он щедро открыл мне! С Пушкиным и его друзьями судьба сводила меня и раньше. И всегда мне помогали в этом хорошие люди.Сколько значительного и интересного он щедро открыл мне! С Пушкиным и его друзьями судьба сводила меня и раньше. И всегда мне помогали в этом хорошие люди.

Ираклий Андроников. Фото: сообщество ''Слово Андроникова''/ВКонтактеИраклий Андроников. Фото: сообщество ''Слово Андроникова''/ВКонтакте

Олег Комов. ''Портрет литературоведа Ираклия Андроникова'', 1966. Бронза, 43х22х23 см.Пермская государственная художественная галереяОлег Комов. ''Портрет литературоведа Ираклия Андроникова'', 1966. Бронза, 43х22х23 см.
Пермская государственная художественная галерея

В 1954 году, в одну из белых ночей, я, тогда еще студент Суриковского института, бродя по набережным Ленинграда, случайно поднял глаза на окна ничем непримечательного дома и замер: на мраморной доске старинной орфографией было написано, что 29 января 1837 года в этом доме скончался Александр Сергеевич Пушкин. Позже не раз приходил сюда, и всегда обстановка, люди, работающие в музее[3], давали возможность, как нигде, ощутить поэта живым.

Именно в том далеком году мне посчастливилось: в Пушкинском доме (Институте русской литературы Академии наук СССР) Татьяна Григорьевна Цявловская[4] показала подлинные рукописи и рисунки поэта. Это была уже осязаемая встреча с Пушкиным — словно он за минуту до меня листал тетради, что-то писал и, нечаянно задев свечу, капнул воском на листы…

В Михайловское я впервые поехал в 1965 году. Была осень. Мы жили с другом в палатке на берегу озера Кучане, бродили по окрестным пушкинским местам, и все вдохновляло на работу над образом поэта. Тогда и возникла мысль сделать скульптурную группу «Пушкин и Пущин». Нужен был психологический контраст: внешне сдержанный Пущин позволял подчеркнуть артистизм и свободу позы Пушкина. Казалось, что такой пластический диалог лучше выявит образ поэта. Я стремился показать не момент разговора, а соприсутствие двух характеров.

''Александр Пушкин и Иван Пущин'', 1965. Чугун, 93х65х25 см''Александр Пушкин и Иван Пущин'', 1965. Чугун, 93х65х25 см

Работа над образом — сложный процесс. Нужен большой подготовительный материал: и варианты композиции, и маленькие фигурки из пластилина, в которых ищешь характер, общее решение. Делаешь много подсобных рисунков, собираешь иконографический материал, вплоть до выполненных современниками шаржей, которые, кстати, очень нам полезны. Они, утрируя черты, помогают уяснить характер. Как известно, сам Пушкин создавал очень меткие шаржи на себя и других. Для ощущения эпохи они бесценны. Надо соблюдать меру, деликатность, работая над образом.

Фото из диафильма ''Рисунки Пушкина'', 1973Фото из диафильма ''Рисунки Пушкина'', 1973

Олег Комов. Два наброска фигуры А.С. Пушкина, 1980-е.Бумага, карандаш, 27х19,3 см.Краснодарский краевой художественный музей имени Ф.А. КоваленкоОлег Комов. Два наброска фигуры А.С. Пушкина, 1980-е.
Бумага, карандаш, 27х19,3 см.
Краснодарский краевой художественный музей имени Ф.А. Коваленко

Изображение всегда должно быть естественным, даже если в нем есть элемент гротеска. Важно, чтобы поза, движения передавались правдиво. Они зависят от особенностей характера человека, даже его костюма. Мы, к примеру, не можем двигаться так, как люди XVIII века, одетые в камзолы, или пушкинских времен петербургские франты во фраках. Характер движения зависит также от воспитания, среды, общепринятых норм поведения в обществе.

Работая над памятником, всегда хочется передать непреходящие черты личности, уйти от сиюминутности, ложной аффектации. На мой взгляд, неточно найденный жест, имитация вдохновения могут удалить от правды.

Шестого июня 1972 года в Молдавии был открыт мой первый памятник Александру Сергеевичу Пушкину, в том самом месте, где бывал опальный поэт у своего знакомого К. Ралли[5]. Существует версия, что Пушкин ходил тогда в шароварах, был обрит наголо после тифа. Мне предлагали изобразить такие детали, но я считал, что этого делать не стоит — это нетипично для Пушкина и принижает образ.

Решил изобразить поэта молодым, опирающимся рукой на колонну — парковое украшение тех времен и один из символов классики, которой он так увлекался. Естественно, колонна служила и конструктивным целям, связывала памятник со средой.

Памятник А.С. Пушкину, 1972. Бронза, известняк, высота фигуры 230 см. Архитектор Р.Е. Курц.Село Большая Долна, Молдавия. Фото Станислава МинаковаПамятник А.С. Пушкину, 1972. Бронза, известняк, высота фигуры 230 см. Архитектор Р.Е. Курц.
Село Большая Долна, Молдавия. Фото Станислава Минакова

В отличие от станковой скульптуры памятник создается для конкретного места, которое важно правильно выбрать, представить себе, что будет вокруг него: парк или здания, а если здания, то какие. Скульптор не только работает над образом, но и ищет его связь с окружением. Это взаимодействие искал в памятнике Пушкину для Калинина[6]. Пушкин не раз проезжал через этот город и бывал в губернаторском саду, где со смотровой площадки открывался великолепный вид на реку. Именно в том месте, на набережной, откуда поэт любовался широким волжским простором, и решено было поставить памятник.

Была важна и иная задача — связать образ с современной средой. Это определило характер постановки скульптуры. Там сохранилась решетка пушкинских времен, и по моей просьбе небольшую площадку вымостили булыжником. Пушкин смотрит на городской парк, на людей. Небольшой размер скульптуры, невысокий постамент, мне кажется, помогают достичь ощущения более полного контакта образа со зрителем. Поэт стоит в своей излюбленной позе, знакомой нам по его рисункам. Одет он в дорожный костюм того времени, сюртук застегнут на все пуговицы. В этом элементы определенной этики: Пушкин на людях, в дороге. И вообще считаю, что неряшливость костюма неуместна, неуважительна при изображении Пушкина, огрубляет, снижает образ.

Памятник А.С. Пушкину, 1974. Бронза, гранит, высота фигуры 206 см. Архитекторы Н.И. Комова, В.А. Фролов. Тверь.Фото Максима ЮсинаПамятник А.С. Пушкину, 1974. Бронза, гранит, высота фигуры 206 см. Архитекторы Н.И. Комова, В.А. Фролов. Тверь.
Фото Максима Юсина

Фото из архива Ильи КомоваФото из архива Ильи Комова

Как уже говорилось, небольшой по размерам памятник помогает достичь контакта со зрителем, словно приглашая его для беседы. Создавая такой памятник, скульптор имеет возможность все сделать своими руками, не прибегая к посторонней помощи. Гигантских размеров фигура психологически оторвана от зрителя.

Осуществляя задуманное, мы учимся, поскольку художник в творчестве до тех пор движется вперед, пока не останавливается на достигнутом. На одном из последних автопортретов Рембрандта написано: «Я все еще учусь…»

Каждый последующий образ Пушкина должен быть совершенно новым, непохожим на созданное ранее тобой или другими. Опираясь на предыдущий опыт, необходимо постараться найти свое решение.

В памятнике Пушкину для Болдина, который будет открыт в июне этого года, поэт сидит на скамейке. Но подобная композиция уже создана Бахом для Лицейского сада. Чтобы избежать повтора, я был вынужден искать иной тип скамейки, другую позу, по-иному одеть его. В работе Баха Пушкин в несколько «раскиданной» позе, руки лежат на спинке скамейки. Поза моего Пушкина компактна, руки сложены на груди. Вид поэта получился немного «домашним», но ведь он у себя дома, в своем имении…

Роберт Бах. Памятник А.С. Пушкину, 1899. Бронза. Лицейский сад, город Пушкин.Фото: Alex ''Florstein'' FedorovРоберт Бах. Памятник А.С. Пушкину, 1899. Бронза. Лицейский сад, город Пушкин.
Фото: Alex ''Florstein'' Fedorov

Олег Комов. Памятник А.С. Пушкину, 1979. Бронза, гранит, высота фигуры 250 см. Архитектор Н.И. Комова.Село Большое Болдино, Псковская область. Фото: artshots.ruОлег Комов. Памятник А.С. Пушкину, 1979. Бронза, гранит, высота фигуры 250 см. Архитектор Н.И. Комова.
Село Большое Болдино, Псковская область. Фото: artshots.ru

Болдинская осень — явление уникальное в литературе. Сколько написано в тот короткий период! Буквально каждый день рождались новые стихотворения, заканчивались уже начатые вещи. Поэтому в болдинском памятнике поэт углублен в себя, творит наедине с собой.

Руки Пушкина я обычно леплю с женских рук. Он поэт, и нервные, тонкие, сильные пальцы, узкая кисть, на мой взгляд, больше подходят для раскрытия образа.

Памятник А.С. Пушкину и Арине Родионовне, 1983. Бронза, гранит, высота фигуры 320 см.Архитектор М.П. Константинов. ПсковПамятник А.С. Пушкину и Арине Родионовне, 1983. Бронза, гранит, высота фигуры 320 см.
Архитектор М.П. Константинов. Псков

Работа скульптора не заканчивается в мастерской, она продолжается и на заводе, где отливается в бронзе фигура. Помню, вплоть до самой формовки в фигуре болдинского Пушкина я не мог найти складки рукава правой руки. Модель была одета в мужскую рубашку пушкинских времен. Натурщица села на стул отдохнуть, и вдруг складки легли так, как я мечтал…

Скульптор участвует и в установке памятника. Искусство прежде всего большой труд, стоит упустить в работе малое — и замысел гибнет. Вот пример: отливка скульптурной фигуры Салтыкова-Щедрина в Калинине проходила во время моей болезни. Без меня установили памятник, но, когда открыли его, оказалось, что глаза у скульптуры слепые. Позже пришлось дорабатывать — сооружать леса, чтобы я «смог «усилить» зрачки.

Параллельная работа над образами поэтов, писателей помогает мне лучше понять Пушкина. Недавно закончил проект памятника Михаилу Юрьевичу Лермонтову. Судьба этого поэта схожа с трагической судьбой Пушкина. Это одна эпоха, почти те же даты…

Не знаю, какой будет следующая встреча с Пушкиным. Возможно, я изображу поэта с няней Ариной Родионовной, дружба с которой так много значила в его жизни и творчестве.

Олег КОМОВ, 1979

Источник: culture-art.ru

[1] Сергей Яковлевич Гессен (1903-1937), историк, литературовед, пушкинист, научный сотрудник Института русской литературы (Пушкинский дом) в Ленинграде (1934) (Прим. сайта ОМС).

[2] Ираклий Андроников (1908-1990), писатель, литературовед, мастер художественного рассказа, телеведущий. Доктор филологических наук (1956), Народный артист СССР (1982), лауреат Ленинской (1976) и Государственной премии СССР (1967) (Прим. сайта ОМС).

[3] Имеется в виду Музей-квартира А.С. Пушкина на Мойке в С.-Петербурге (Прим. сайта ОМС).

[4] Татьяна Цявловская (1897-1978), литературовед, пушкинист, автор фундаментального труда «Рисунки Пушкина» (1970) (Прим. сайта ОМС).

[5] Константин Ралли (1811-1856), сын Замфира Ралли (1769 -1831), бессарабского помещика, владельца села Долна, в котором Олег Комов установил памятник А.С. Пушкину (Прим. сайта ОМС).

[6] Ныне Тверь (Прим. сайта ОМС).

16 января 2024 года в залах Российской академии художеств (Москва, ул. Пречистенка, 21) состоялся вернисаж выставки, приуроченной к 80-летию Леонида Баранова (1943-2022). Редактор сайта ОМС Маргарита КАМАРДИНА показывает экспозицию и некоторые произведения, представленные на выставке.

16 мраморных барельефов Елены Янсон-Манизер для станции московского метро «Серпуховская», открытой в 1950 году (с 1961-го - «Добрынинская»), в профессиональной среде были встречены сухо, восторга явно не вызвали.

Например, некто Ю. Шапошников в статье «Достоинства и недостатки новых станций метрополитена»[1] писал:

- Лишь по тому, что в нишах помещены шестнадцать дощечек-барельефов - по числу республик Советского Союза, понимаешь, что скульптор хотел рассказать о жизни и труде советских народов. Но если верить бледному рассказу скульптора, то Советский Союз представляет собой сельскохозяйственную страну, где люди работают в одиночку и вручную, каждый на своем клочке земли. Нет ни одного изображения рабочего, ученого, ни одной коллективной сцены, ни одного индустриального пейзажа. Лишь в одной сценке несколько раздвинуты границы этого растительного царства; речь идет об изображении рыбака, но и тот плывет по морю в старинном баркасе, но и этот человек одинок и один противостоит природе…

Досталось от критиков и архитектору станции Леониду Павлову – за арки на перроне (дескать, из-за их неудачной конструкции утеряна монументальность задуманного сооружения). За те же самые барельефы (мол, установлены слишком низко, слишком маленькие и слишком светлые, то есть, сливаются с окружающим мрамором). И вообще (якобы по словам одного советского чиновника о станции): «архитектуры много, а идейности мало!». Впрочем, в интернете, где широко цитируется этот идеологический наезд, вы не найдете указания на его источник.

Так что лучше обратимся к нескольким фактам.

Во-первых, в 1950 году (на момент открытия «Серпуховской») в СССР (что сегодня не все знают), входило именно 16 союзных республик. В 1956-м Карело-Финская ССР была упразднена и влилась как Карельская АССР в состав РСФСР. Республик, таким образом, стало 15 вплоть до распада Советского Союза.

Во-вторых, из 16 барельефов Елены Янсон-Манизер, символизирующих труд советских людей в 16 советских республиках, уцелело только 12. В конце 1950-х при сооружении на станции гермозатвора 4 барельефа были демонтированы. Кстати сказать, из-за этих самых герметических дверей, повсюду строившихся после войны и способных - в случае чего (то есть, ядерного удара) - превращать метро в бомбоубежище, сколько прекрасной подземной скульптуры «полегло»!

В-третьих, «полегло» (но уже совсем по другим причинам) и огромное панно с изображением Сталина, которое та же Янсон-Манизер создала к открытию «Серпуховской». Оно было смонтировано в торце главного зала станции, однако в конце 1950-х панно разобрали, а чуть позже на его месте установили мозаику «Утро космической эры» художника Серафима Павловского.

Наконец, в-четвертых, и это тоже факт. «Серпуховская», она же теперь «Добрынинская» Кольцевой линии - прекрасная станция московского метрополитена. Спасибо за это и скульптору Елене Янсон-Манизер, и архитектору Леониду Павлову. Зря их ругали.

Лев КУЛАКОВ

[1] Сборник «Архитектура и строительство», 1950, №2. Информация из источника: https://synthart.livejournal.com/111073.html (Прим. сайта ОМС).

 

 

 

 

 

 

Наш адрес

г. Москва, Староватутинский проезд, д. 12, стр. 3

Наш E-mail: kamardinaoms@mail.ru

Наши контакты

Секретарь правления секции скульптуры МСХ и ОМС
М.А. Камардина 8 (916) 806-78-21
Приемные дни: понедельник — среда, с 10.00 до 18.00

Секретарь дирекции ОМС
Н.А. Кровякова 8 (495) 472-51-51

Редактор сайта ОМС
М.А. Камардина 8 (916) 806-78-21

Поиск