ЮЛИЯ УСТИНОВА. ВЯЗАНАЯ СКУЛЬПТУРА

Приглашаем на онлайн-выставку нашего коллеги скульптора Юлии УСТИНОВОЙ

 

Проект реализуется победителем конкурса «Общее дело» благотворительной программы «Эффективная филантропия» Благотворительного фонда Владимира Потанина

 

 

 

 

Виктор ЧИЖИКОВ, художник: ЗДЕСЬ РУСЬ ГУЛЯЕТ!

- Приехал я четверть века тому назад к Устиновым в деревню, чтобы посмотреть продающуюся там избу.

Жили Устиновы в старом, ветхом домике с пристроенным к нему «двором», ветхим сараем. Дом и сарай так плотно вросли в землю, что повторяли все ее рельефы. Овраг на почве соответствовал оврагу на крыше, пригорок на земле — пригорку на кровле. Этакий дом-патриот, роднее его русская земля не видела. Художник Женя Монин, войдя как-то в устиновскую избу, сказал:

— Вот теперь я точно знаю, как выглядела домонгольская Русь!

Так вот, на крыльце меня гостеприимно встретила маленькая Юленька и, взяв за руку, ввела в дом, полный бабушек, собак и кошек.

Пока я оформлял покупку дома, она как бы взяла надо мной шефство.

Карасей мы с ней в пруду ловили, на скотный двор ходили, по краю леса вокруг деревни бродили. Вот какая была Юля Устинова, маленькая, но очень обязательная и заботливая.

Она и сейчас такая. Ее дети одеты во все ею связанное и сшитое, папа и мама «обвязаны» с головы до ног, о муже ее я уж не говорю…

Она успешно работает в детской книге, ее иллюстрации очень профессиональны и задушевны. О ней уже можно говорить, как о мастере детской книги.

Но предметом нашего разговора сегодня является ее вязаная скульптура. Вязать она начала очень давно — еще лет десять назад подарила мне вязанного осьминога, очень смешного и забавного. Он у меня на книжной полке сидит, зорко смотрит оттуда своими стеклянными глазками.

Мне доводилось видеть коллекции кукол с традиционно холодными фарфоровыми лицами, роскошно одетых — парча, бархат, бисер… Их делают по всему миру с редким упорством и постоянством, они украшают интерьеры офисов, жилищ, но душу, мою по крайней мере, не радуют. Такие куклы напоминают мне персонажи венецианских карнавалов, которые, возможно, итальянцев веселят, но в меня вселяют даже некоторый ужас.

Другое дело — работы Юли Устиновой, здесь Русь гуляет!

Как и следовало ожидать от человека с открытой душой, она тёток своих вообще не одевает. Зачем одевать персонажи, которые связаны из шерстяных ниток? Им и так тепло! Вязаная скульптура в Юлином исполнении очень эффектна и пластична, а точно найденная мера условности напрямую связана со степенью гротеска.

Все очень органично, необыкновенно празднично. И чем больше толпа Юлиных кукол, тем веселее на душе!

(Из статьи «Отец и дочь», журнал «Наше наследие», 2000).

 

 Юлия УСТИНОВА: ВСЕ НА СВЕТЕ ТВОРЦЫ

- Родилась я в семье Юлии Петровны и Николая Александровича Устиновых. Мама была скульптором (ее уже нет в живых), а папа – книжный художник-график.

Рисовала я всегда и всё. Хотя мудрые родители насильно меня в искусство не тащили, для меня самой выбора не было - только в художники! Я училась в Московской средней художественной школе, потом - в Полиграфическом институте на факультете книжной графики.

Сейчас иллюстрирую детские книжки и занимаюсь вязаной скульптурой. Родители, конечно, меня поддерживали, и я всегда обращалась к ним за профессиональными советами.

Искренне считаю, что все люди на свете - Творцы, чем бы они не занимались. Просто надо отдавать себе в этом отчет, тогда результат будет значительнее... А искусством или, если поскромнее - работой, я, во всяком случае, занимаюсь для собственного удовольствия. Если мои работы кому-нибудь нравятся – это счастье!

Ну а теперь расскажу немного о том, как я работаю.

- Мама и бабушка учили меня вязать лет с четырех - косички, цветочки. А годам к шести-семи я уже обвязывала кукол с ног до головы, и, спасибо маме, она никогда не жалела для меня ниток, хотя я их и нещадно портила.

- В седьмом-восьмом классе я начала вязать себе - ужасно много, а из остатков пряжи вязала крючком игрушки, в основном, зверюшек, а потом и тётенек - обычных, в разных одеждах.

Позже мне захотелось такую тётю закрепить вертикально - возник каркас, постамент.

В общем, соединилась скульптура, которой к тому времени я уже начала всерьез заниматься, и моя любовь к вязанию.

- Людей я раньше вязала, в основном, розовых, и они были какие-то слишком голые, а мне это не нужно. Мне нужна форма. Меланж, мне кажется, эту проблему снял.

- Не очень понимаю, как рождаются мои работы. Чаще всего - в счастливых муках, в борьбе с колющейся проволокой, с непластичными нитками, сбивающейся набивкой...

А вяжу всегда по наитию, без схемы, ну разве что ряды в руках или ногах посчитаю - чтобы приблизительно одной длины были. Времени на работу уходит по-разному - от двух дней до месяца и больше. А еще ужасная морока - установка на постамент. И пилишь, и сверлишь, такое вот рукоделие...

- Поза и фигура в моих скульптурах – всегда продуманные, они для выражения настроения. А вот с чего начинается идея произведения - трудно сказать, всегда по-разному.

Иногда идешь по улице и вдруг видишь какую-нибудь женщину, ну прямо олицетворение материнства, или наоборот – одиночества. А то нитки так по цвету сложатся - совершенная весна, тогда к ним придумывается тетенька...

Всё делаю для того, чтобы результат соответствовал первоначальной задумке: иногда перевязываю по нескольку раз, а то и сразу всё совпадает.

 

- Почему я так люблю Толстушек? Потому что мои Толстушки - олицетворение женского начала.

Кроме того, сам материал, с которым я работаю, диктует объемность, ведь сплошной целлюлит вывязывается! Стройных я пыталась вязать - не то! В неправильной, изобильной фигуре больше характера.

 

- Есть несколько работ, которые мне самой очень нравятся. Например, «Душ», вещь выстраданная. Это не вечер - утро, надо собраться, где-то взять силы, проснуться и начать жить.

Или, скажем, «Парки Нона и Морта» (или «Дальнозорька и Близоручка»). Я их довольно давно придумала, потом связала отдельно каждую. Но что-то оставалось в них недоделанное. А вот когда они встали рядом и я дала им одну нитку на двоих, они ожили…

- Для меня вязание - естественный способ самовыражения. Люди, кому понятны мои работы, живут по всему миру, но больше всего их в Латинской Америке и Скандинавии, потому что там царит настоящий культ вязания.

- В России мои работы порой принимают за «варежку». И даже те, кому очень нравятся мои скульптуры, путают материал с сутью и поэтому часто называют их «куклами». Не знаю, как мне выбраться из этого замкнутого круга.

Не могу же я всем подряд объяснять, что у меня есть вещи, над которыми приходится работать несколько месяцев. Вот иногда мне пишут: «Можно ли купить у Вас паттерн»? У скульптора, работающего с деревом или мрамором, никто не попросит «выкройку»…

- Работы мои большей частью живут у меня дома и ездят по выставкам. Продаю только в хорошие руки. Иногда дарю - добрым друзьям.

Из мест, где есть мои работы, больше всего люблю музей в «Культурном центре «Дом Булата» на Арбате» Там живет одна моя тётка в натуральную величину. Называется «Женщина с несложившейся судьбой». Впрочем, на детские праздники её переодевают феей.

(По материалам журнала «SuperStyle.ru»)

Подготовил Михаил КРЕНДЕЛЬ

Страница Юлии УСТИНОВОЙ на сайте ОМС

 

 

 

 

 

Наш адрес

г. Москва, Староватутинский проезд, д. 12, стр. 3

Наши контакты

Секретарь-референт правления секции скульптуры МСХ и ОМС
Т.А. Малецкая 8 (495) 472-51-51

Секретарь дирекции ОМС
Н.А. Кровякова 8 (495) 472-51-51

Редактор сайта ОМС
М.А. Камардина 8 (916) 806-78-21

Поиск